Как Ахметов отрейдерил ДМК или «Большая деолигархизация» Рината

Государственные институты превращаются в пыль на кончиках пальцев нуворишей. Поглощение “Метинвестом” Днепровского меткомбината ИСД рождает такое количество вопросов, что эта сделка должна была бы сдохнуть еще не родившись .Тем паче в условиях объявленной “властью” борьбы с олигархией. Но нет — мы видим довольную рыжую морду победителя торгов.

АМКУ

О вопросах, которые должны были бы появиться у Антимонопольного комитета к покупке ДМК если бы данное ведомство не было по факту департаментом СКМ в изгнании, было написано пару месяцев назад. Нужно принять как данность, что АМКУ может для проформы слегка кочевряжиться, но в итоге согласовывает любое необходимое структурам Ахметова решение по сделкам M&A.

И когда борзописцы на зарплате у “Метинвеста” рисуют апокалиптическую картину, что при всем богатстве выбора другого покупателя для ДМК кроме Рината Леонидовича и его младшего брата по разуму Вадика Малхасяна (в миру — Новинского) не существует — это чистая правда. Как и то, что существующая структура ГМК страны — главный итог существования такого ведомства как Антимонопольный комитет Украины.

Безусловно, не нынешний состав АМКУ во главе со Светланой (тьфу — Ольгой) Пищанской создал такой статус-кво. Но совершенно точно вновь прибывшие ничего не сделали, чтобы изменить его. Разве что задрали ценник за решение вопросов. Да еще добавили мороки работодателям с целью сохранить видимость приличий.

Минэкологии

Главным аргументом в пользу продажи ДМК “Метинвесту” выступает судьба 8,5 тыс рабочих, которых после продажи имущественного комплекса трудоустроят на Днепровском коксохимческом заводе. Типа “Ринат не даст этим несчастным и членам их семей умереть голодной смертью”.

Ну, во-первых, не 8,5 тыс, а всего лишь 5,7 тыс. Именно такой потолок открывающихся вакансий спустили ДКХЗ из “Метинвеста”. “Оптимизация на марше” вполне в духе тамошних топ-менеджеров из Москвы. Действительно, ну зачем весь этот “биобалласт”, если в обозримой перспективе весь производственный цикл в Каменском будет сведен к производству товарного чугуна.

Во-вторых, в Каменском живет 230 тыс человек и все эти люди десятилетиями живут в эпицентре экологической катастрофы. И теперь, очевидно, что будут так жить и дальше. В частности,  благодаря нынешней структуре сделки, при которой ДМК превратится в юрлицо-пустышку — имущественный комплекс комбината попросту перейдет на баланс ДКХЗ. А на бывшем меткомбинате останутся лишь обязательства: как финансовые, так и иного плана. Например, наконец реконструировать доменное производство.

Очевидно, что ДКХЗ как свежий покупатель имущественного комплекса Днепровского меткомбината начнет волынку с согласованием параметров реконструкции с самого начала. Тем самым экономя владельцам Метинвеста их драгоценные миллионы, которые они смогут направить на что-то более интересное чем строительство очистных сооружений в забытом богом городе в Днепропетровской области. Например, на приобретение очередных бразильских легионеров или организацию крестного хода в честь некоего Владимира.     

Хозсуд Днепропетровской области

Если бы судьи, сопровождавшие процесс банкротства ДМК, находились при памяти, а не закатывали глаза от обилия приваливших им дензнаков, то конечно бы заинтересовались как имущественный комплекс меткомбината при наличии требований к нему со стороны кредиторов в размере 130 млрд гривен (из которых справедливости ради были признаны лишь 87 млрд) и годовой выручкой в районе миллиарда долларов в год был выставлен на продажу за менее чем 9 млрд гривен.

Даже при консервативной оценке (исходя из стоимости мощностей для производства 1 млн тонн стали в год в 500 млн долларов) ДМК должен обойтись Ахметову в почти 2 млрд долларов, а не жалкие 340 млн, которые за него по итогу заплатит ДКХЗ. При такой “стоимости” предприятия все кредиторы, не связанные с “Метинвестом”,  получат в результате его банкротства “дырку от бублика”. 

Впрочем можно не сомневаться, что в собственной корпоративной отчетности “Метинвест” отразит покупку активов Днепровского меткосбината по справедливой стоимсости. 

Прокуратура

Справедливости ради в проданном намедни имущественном комплексе ДМКД не хватало небольшой, но очень важной составляющей. Еще в мае 2018 года, за год до старта процесса банкротства Днепровского меткомбината, его доменный передел (3 печи) плюс силовой транформатор были проданы ДКХЗ.

В этот момент на обоих предприятиях сидели менеджеры Ахметова (то есть это был такой себе междусобойчик): на ДКХЗ — с 2012 года, на ДМК — с 2017 года. АМКУ, как и принято, делал вид, что в упор не видит этого неподобства.

Очевидно, что после продажи ключевого производственного актива Днепровского меткомбината весь последующий процесс перехода предприятия в руки “Метинвеста” был лишь вопросом времени. Могло бы быть по-другому, если бы во Вселенной существовал такой институт как “прокуратура Украины”. Но, к сожалению, от нее не сохранилась даже вывеска. 

СБУ

Когда летом 2017 года на Днепровском меткомбинате высадился десант менеджеров “Метинвеста” под началом Александра Подкорытова, сразу же появились слухи о достигнутых Ахметовым договоренностях с Кремлем. Суть которых сводится к тому, что ДМК “Метинвест” получил в обмен на оставшийся на оккупированной территории Енакиевский метзавод. Достоверности им добавлял тот факт, что Подкорытов до прихода на ДМК как раз был гендиректором ЕМЗ.

Все это могло бы так и остаться слухами, если бы не странное поведение в процессе банкротства ДМК владельца “Индустриального союза Донбасса” — российского государственного Внешэкономбанка. Дело в том что офшоры ВЭБа, которые в свое время выкупили долги Днепровского меткомбината у западных и украинских банков, — Indumet SA, Indumet Limited, Promeritum Fund SPC, Landmont Limited — попросту выкинули из процесса банкротства. Предъявленные ими долги ДМК на сумму почти в миллиард долларов попросту не были признаны таковыми Хозсудом Днепропетровской области.

В общем их выкинули и москали тихо утерлись, даже не попытавшись устроить хоть какой-то кипиш. Очевидно, что информационная кампания на тему необходимости расплатиться с банком государства-агрессора была обречена, на мягко говоря, неуспех. Но ведь в арсенале ВЭБа существует довольно широкий арсенал аргументов, выходящих за пределы украинской юрисдикции. Например, один из акционеров “Индустриального союза Донбасса” Сергей Тарута утверждал, что в 2015 году Внешэкономбанк арестовал его активы по всему миру. А тут ВЭБ натянули на миллиард долларов и ничего. Ахметов даже умудряется сдавать свою лодку в качестве траходрома для голливудских звезд недалекого прошлого.

Становится очевидно, что договоренности Ахметова с Кремлем — не какие-то больные фантазии завистников Уважаемого. И сделка по ДМК тому явное подтверждение. Вот только раскручивать эту зраду некому. Все ушли на пляж.

По материалам УКРРУДПРОМ

Не забудь подписаться на наш Telegram-канал! В нем мы публикуем то, что не можем по разным причинам публиковать в соцсетях и на сайте: https://t.me/kamennews